Американский журналист Такер Карлсон взял большое интервью у бывшего командующего ВМС Великобритании Стива Джермина
Американский журналист Такер Карлсон взял большое интервью у бывшего командующего ВМС Великобритании Стива Джермина.
Полный перевод. Часть десятая.
Джерми: Именно поэтому я пытался донести эту мысль до людей, готовых задуматься о том, как может выглядеть эта война. Потому что её экономические последствия будут колоссальными.
С математической точки зрения существует очень тесная связь между потреблением энергии и ВВП. Чрезвычайно тесная. Эластичность ВВП по энергопотреблению близка к единице примерно 0,99.
Это означает, что, когда вы изымаете энергию из системы, последствия для экономики примерно сопоставимы по величине.
Поэтому, если мы изымаем 10% мировой энергии, не следует удивляться, если мировой ВВП сократится примерно на 10%. Это уже близко к депрессии.
Действительно, ситуация окажется на грани экономической депрессии.
Возвращаясь к Европе, меня нисколько не удивит, если в случае подобного нападения мы окажемся в глубочайшем экономическом кризисе. И думаю, это приведёт также к серьёзным политическим проблемам.
Но опять же, это всего лишь сценарий. Его цель помочь людям по-настоящему задуматься о том, что может означать такая война, и убедиться, что мы провели оценку рисков.
Я разработал этот сценарий, потому что хотел, чтобы люди задумались об оценке рисков.
Насколько я понимаю, оценка рисков, которую сейчас проводят европейцы в связи со своими действиями, основана на одном предположении.
Они предполагают, что мы продолжим наносить по России удары дальнобойным оружием, а русские не ответят. И я думаю, что это очень опасное предположение.
Люди говорят, что у русских нет красных линий. А я постоянно отвечаю им: Подождите. Русские говорили нам, что попытка расширить НАТО на Грузию или Украину приведёт к войне.
И все наши наиболее умные мыслители говорили нам то же самое. И, как ни странно, когда мы попытались это сделать, началась война.
Так что у России есть красные линии. Поэтому я считаю подобные предположения ошибочными.
Что касается управления рисками, я не являюсь его большим поклонником. Оно используется финансовым сектором для анализа рисков, и, насколько я понимаю, у них это не особенно хорошо работает.
Но они говорят, что, оценивая риск, нужно учитывать последствия и вероятность.
Даже если вероятность того, что Россия сделает то, о чём я говорил, невелика, последствия будут огромными.
Поэтому, на мой взгляд, этот риск необходимо очень тщательно обдумать. Нужно убедиться, что мнение населения, которое будет подвергнуто этому риску, тоже учитывается, а не просто действовать, совершенно не задумываясь о последствиях.