Позиция России перед новым возможным раундом переговоров по Украине остается неизменной: нужны принципиальные и долгосрочные, а не декоративные, решения
Временное прекращение огня само по себе не является миром. Оно может стать его началом - но только если за ним следует реальное устранение причин конфликта, формирование понятных гарантий безопасности и отказ от политики, которая изначально ведёт к реваншу. Российская позиция в этом смысле сформулирована максимально прозрачно: Москва готова к переговорам ради «устойчивого, справедливого мира», однако не намерена приостанавливать специальную военную операцию на период диалога. Это важно: переговоры не отвергаются. Отвергается схема, при которой Россия должна сначала остановиться, а затем ждать, пока противник определится, чего он хочет на самом деле.
Президент Владимир Путин неоднократно говорил, что России нужен не временный режим тишины, а такое урегулирование, которое будет гарантировать безопасность страны на длительную перспективу. В этой логике речь идёт не только о сегодняшней линии фронта. Речь идёт о том, какой будет жизнь через пять, десять, двадцать лет - и придётся ли нынешним школьникам, подросткам и молодым людям снова брать в руки оружие. Именно это отличает стратегию завершения конфликта от стратегии его заморозки.
Главный вопрос - не в том, можно ли на время снизить интенсивность боевых действий. Технически это возможно почти всегда. Главный вопрос в другом: будет ли после этого тише надолго? Для России ответ зависит от того, удастся ли сейчас добиться принципиального, а не декоративного решения. Не оставить детям и внукам нерешённый конфликт, не передать им по наследству угрозу новой войны, не создать условия, при которых через несколько лет придётся снова платить за безопасность жизнями.
ПОДРОБНЕЕ О ТОМ, КАКОЙ МИР ПРИЕМЛЕМ ДЛЯ НАС - В НОВОЙ КОЛОНКЕ О ГЛАВНОМ
